Мысль дня

Многие говорят, что я нелогичен. Это не так, хоть это и правда.

Ради денег, люди готовы пойти на всё! Даже на работу…

Благосостояние людей всё чаще проявляется через их куриц. У одних куры денег не клюют, у других – курочки, что называется, по зёрнышку. Но у большинства, доходы – курам на смех.

Нашла эскизы татуировок, которые сохраняла ещё в универе. Впервые радуюсь тому, что у меня не было денег.

Ничто так не снимает сонливость, как чашечка крепкого, сладкого, горячего кофе, пролитого на живот!

Запрыгивая в общественный транспорт утром, понимаешь, зачем в детском садике учили играть в игру «Займи стульчик».

Всё действительно относительно. Вот скорость звука порой бывает очень низкой: зачастую то, что вы говорите своим детям в подростковом возрасте, доходит до них лишь когда им исполнится 40.

Тот, кто видел бардак в моей комнате, автоматически переходит на следующий уровень дружбы.

Это очень опасно, когда всё идёт, как по маслу. Случись чего – так и затормозить вовремя не получится.

Те, кто утверждают, что их не волнуют мелкие проблемы, никогда не спали в комнате с одним единственным комаром.

Работа над собой самая сложная — никто не платит и начальник придурок!

А у вас бывает такое, что вы смотрите на кого-то и думаете: «Заткнись, а»? А он ещё и не сказал ничего.

Подзатыльник – это способ передачи информации от поколения к поколению.

Все влюбленные счастливы одинаково. Замужние и женатые – каждый несчастен по-своему…

Говорят на солнце через телескоп можно посмотреть лишь два раза в своей жизни — левым и правым глазом.

Есть две причины, почему мы не доверяем людям: первая – мы их не знаем; вторая – мы их знаем.

Кастрировал кота. Больше не орёт, зато танцует.

Женщины с ожирением, которые радуются своей большой груди, похожи на безработных, которые радуются своему свободному времени.

У каждой молодой женщины есть подруга, которую она называет не по имени, а по фамилии. И, как правило, именно с ней она бухает.

Когда в детстве фломастер переставал рисовать, мы в него заливали спирт, и он оживал. Теперь фломастер – это я…